Хочу описать свою историю и сказать слова благодарности всей Морозовке и конкретно зав. отделением Таракальной хирургии Топилину Олегу Григорьевичу.
Но обо всем порядку.
В ноябре 2019 года мой сын забелел простудой: сильно забелел и болел долго, — мы уж не знали что делать. На всякий случай, чтобы проверить нет ли пневмонии, в районной поликлинике сделали рентген и выявили в заднем средостении (на позвоночнике в районе груди) опухоль размером с яйцо!
Я был просто в шоке. Ну какая нафиг онкология у человека 10 лет от роду? Всякую дрянь типа чипсов или сладостей он не ест, спортсмен. Ну как так!
Все эти 3 месяца мы с женой жили на нервах, много читали статей по этой теме, смотрели видео, ездили к разным врачам-хирургам, читали форумы и отзывы.
С одной стороны, сразу стало понятно, что без операции никак не обойтись иначе опухоль по меньшей мере вырастит и вытаскивать ее будет гораздо тяжелей и опаснее, а по большей мере может перерасти в злокачественную.
С другой стороны, операция непростая. Находится эта дрянь в таком месте, где рядом и позвоночник, и нервы, и кровяные сосуды и внутренние органы. Дрогнет рука хирурга и ребёнок останется инвалидом, дрогнет сильнее… — вообще не хотелось об этом думать…
И все это усугублялось ещё тем, что точный диагноз о том, что там за опухоль, можно поставить только на основе исследования самой ткани опухоли. Если она доброкачественная шваннома, то по второму разу она вырасти не должна, а если злокачественная, то с вероятностью 50% может через какое-то время снова будет расти.
И вот сразу после новогодних праздников нам сделали операцию. Делали в Морозовке. Операцию делали таракоскопически, то есть через проколы. Прошло все успешно: нервов не задели, кровопотери минимальны, сутки в реанимации и ещё 5 дней в обычной палате. На 4-й день от операции уже как ни в чем не бывало бегает и прыгает. Результат гистологии — подтвердилась доброкачественность опухоли, это было шваннома. Через 2 недели пошел в школу, через месяц вернулся к тренировкам.
Теперь, когда все позади, решил описать то, как работает наша система здравоохранения и Морозовка в частности.
Часть 1. Районная поликлиника.
В последний раз я обращался в свою районную поликлинику 8 лет назад и с тех пор полностью разочаровался в бесплатной медицине.
И вот мне жена присылает страшный диагноз. Как узнал, я сразу поехал в поликлинику, успел уже к закрытию в 8 часов вечера. Встретил в коридоре какого-то врача, она знала об этой ситуации и, не смотря на окончание своего рабочего дня, завела к себе в кабинет и набрала со своего мобильника зав.отделением педиатрии. Та оказалась в курсе всего и сказала, что на завтра уже назначили консилиум по этой теме. Я предложил своими силами за ночь сделать МРТ, она посоветовала где. С утра сделали анализ крови, через 3 часа уже были готовы результаты. Далее она сразу поехала в головную поликлинику посоветоваться с врачом-онкологом. Та предварительно определила новообразование как невриному. И, как выяснилось в самом конце истории, она не ошиблась.
И вот зав.отделением педиатрии районной поликлиники пересылает мне по Вотсапу фото результатов анализов и телефон зав.отделения онкологии в Морозовской больнице с комментарием, что договорилась и нас там ждут.
Часть 2. Морозовская больница.
Приезжаем в Морозовку.
Первое впечатление как будто попал в какой-то дорогой платный центр. Новое здание имеет прекрасный ремонт и больше похож на 4-звездный отель. Все сверкает, бесплатные бахилы, любезные охранники, улыбающийся персонал. Поначалу забрёл куда-то не в ту сторону и зашёл в ординаторскую другого отделения, где люди занимались своими делами. И вместо того, чтобы отмахнуться от меня, человек вышел вместе со мной и проводил до поворота куда мне надо было пройти.
Зав.отделением онкологии принял нас без всяких очередей, направлений, бумажек, печатей, регистрации, — просто по человечески. Внимательно посмотрел снимки МРТ, другие анализы и послушал ребёнка. Предварительный диагноз тот же — шванома = невринома. Минут 15 рассказывал что это такое. Объяснил, что без операции тут никак и пригласил зав.отделением таракальной хирургии (это кто оперирует все, что в груди).
Он тоже все изучил и со своей стороны рассказал как и что тут надо делать.
В любом случае любая операция не делается при простуде и нам сказали приходить через месяц после полного выздоровления.
Но сам подход меня поразил — 2 заведующих отделениями, весьма занятые люди, без всяких справок, направлений и без денег потратили на совершенно незнакомых людей (на нас) почти полчаса времени!
Зав.отделением таракальной хирургии Олег Григорьевич Топилин дал свой мобильный телефон и сказал, чтобы я позвонил как выздоровеем от простуды.
Часть 3. Выбор врача.
Через месяц после выздоровления мы стали определяться куда-кому доверить жизнь своего ребёнка. Хотя изначально мне в Морозовке понравилось абсолютно все, но хотелось все же удостовериться, что никакого лучшего варианта не упустили. Тем более что отзывов о Топилине ни в интернете, ни среди знакомых особо не нашлось. Вообще в век интернета про большинство хирургов очень много написано, да и знакомые рекомендовали. Не буду писать про других врачей к кому ездили и почему не выбрал, наверняка они тоже хорошие люди. Неэтично.
Скажу только, что сомнений довериться Топилину у меня не осталось.
И вот в декабре, я написал ему на Вотсап, и он ответил. Ещё раз отправил ему фото анализов и снимка МРТ. Он предложил завтра к нему приехать после 15 часов. Опять же все просто — по Вотсап, без бумажек и очередей!
И мы снова приехали.
В отличии от других, он не стал ходить вокруг да около. Четко сказал, как будет делать операцию, сколько времени на реабилитацию, какие риски могут быть, когда надо ложиться и т.д.
На мой вопрос: «деньги у нас есть, а может нам в Германию или Израиль поехать оперироваться?» он с некоторой даже обидой и негодованием ответил: «мы тут и по опыту и по оборудованию, лет на 5 вперёд ушли от них, с нами разве что штатовские клиники наравне. У нас куча пациентов из этих платных израильских и европейских больниц приезжают долечиваться и перелечиваться. Там накосячат, а нам исправляй».
В конце распечатал список анализов, которые нужно сделать до госпитализации и назначил дату госпитализации. Все очень лаконично, без лишних слов и в то же время развёрнуто, не вынуждая задавать дополнительные наводящие вопросы. Чувствовалась в нем уверенность и «основа государства».
И видно было, что человек он занятой, но как-то без суеты он с нами поговорил и в конце опять же сказал, что если будут вопросы или сложности при госпитализации, то звонить ему на мобильный .
Часть 4. Операция.
12 января мы приехали в больницу, отдали в отделение госпитализации собранные анализы, направление из районной поликлиники. И уже через час нас направили в отделение таракальной хирургии, которое больше напоминало санаторий: отличный ремонт, улыбающиеся медсестры, санитарки, чистота, кожаные диваны, кулеры с водой и палаты на 2-3 человека с отдельным санузлом.
Я по привычке сразу пошёл договариваться вась-вась с медсестрой, чтобы нас поселили в палату получше.
А мне говорят: «Так вы и так будете с одним соседом лежать».
А я такой все не угомонюсь: «Ну а может как-то можно договорится, чтобы совсем без соседей?»
Отвечает: «Можно и без соседей. Идите на первый этаж и оплатите в кассу 6500р/сутки. Все официально, по чеку».
Пока ходил, мои уже заселились и им уже чаю и ужин принесли. Попробовал — нормальная вкусная еда. В больнице и вкусная еда, Карл!
В палате wi-fi, 2 кровати, телевизор с интернетТВ, холодильник, туалет и душ — реально как отель, да ещё в центре Москвы (м.Октябрьская).
В воскресенье заселились, в понедельник сдали ещё какие-то анализы и уже во вторник с утра Руслана положили на каталку и повезли в операционную.
Там анестезиолог, молодая девушка, тоже очень дружелюбно, но со всей серьезностью, рассказала что и как будет делать, где нам ожидать и какие дальнейшие действия. Опять же все четко и по делу.
И тут настал момент ожидания. Не буду его описывать, а только через 3 часа зашёл Топилин и сообщил: операция прошла успешно, кровопотери почти не было, визуально ничего не задели. Сказал и быстро ушёл.
Только потом мы узнали, что опухоль очень неудобно обвивалась вокруг позвоночника и совсем не просто было ее оттуда выкорчивать, чтобы ничего не осталось и не пришлось по второму разу туда лезть. И уж тем более не задеть нерв, от которого человек может стать инвалидом на всю жизнь.
А Руслан уже был в реанимации. По новым правилам родителей туда пускают. Я пришел туда и пока он ещё не очнулся меня отправили в комнату ожидания.
Там было ещё несколько человек: кого-то привезли экстренно с опухолью мозга. Жил себе ребёнок и жил. А тут резкая головная боль, тошнота, скорая помощь, Морозовка, рентген и такой страшный диагноз. И вот сидят родители и вообще говорить не могут, ком в горле.
Были ещё муж и жена чеченцы — у их ребёнка тоже опухоль мозга, уже 1,5 года по больницам лежат. Последнее пристанище — Морозовка. Жалеют, им бы сразу сюда. Ребёнок месяц как в коме. Они дежурят в реанимации, не уходят. Глаза красные. Чеченец говорит мне: «Не молчи, давай говорить, а то так с ума можно сойти». А я отвечаю: «По сравнению с твоей ситуацией мне сказать нечего, у меня все вроде как тфу-тфу-тфу. Буду рассказывать, а тебе только больнее будет». Стали с ним говорить о Чечне, что и как там. Вроде развеялись немного.
И тут меня позвали к Руслану. Зашёл, а он уже глаза открыл, разговаривает. Так всю ночь с ним рядом и просидел. Изредка то попить принести, то повернуть, то почесать. Хотя по хорошему там и без меня всегда кто-то из медсестёр и врачей рядом был. Отношение более чем внимательное.
Часть 5. Послеоперационный быт
Уже с утра Руслана перевели из реанимации обратно в уже родную нам палату.
Каждые 2 часа приходила медсестра, смотрела за капельницей.
4 раза в день привозили еду, при том не только ребёнку, но и родителям. Все бесплатно.
Как минимум 2 раза в день приходил врач: либо сам Топилин, либо наш лечащий – Айрапетян Максим Игоревич. Он тоже грамотный и внимательный, очень понравился.
Каждое утро — уборщица.
Меня с утра сменяла жена, я принимал душ и ехал на работу, а вечером возвращался в больницу и сменял ее. Переодевался. Включали Айпад и смотрели кино или читали книги.
В общем никогда бы не подумал, что лежать в государственной больнице будет сравнимо с поездкой на курорт.
Резюме: Уж не знаю что кто думает про наше прогнившее государство с разваленной напрочь медициной, а я описал то, что увидел своими глазами. Повторюсь: никаких взяток, блата, квот, очередей, невежества, хамства, никаких коек с больными в коридорах, нехватки лекарств.
Если уж куда-то и обращаться, то только в Морозовку. Жаль взрослым туда нельзя ))
И в завершении: огромное спасибо Олегу Григорьевичу Топилины, а также Айрапетяну Максиму Игоревичу и всему персоналу Отделения Таракальной хирургии.